Отчуждение (продажа, дарение) общего имущества супругов после расторжения брака

Вторая статья из серии «Энциклопедия сложных случаев при разделе имущества» описывает ситуацию, при которой один из супругов совершает отчуждение (обычно продажу или дарение) совместного нажитого имущества другому человеку после расторжения брака.

Напомню Вам, что статья носит обзорный характер. Она освещает общие вопросы, связанные с отчуждением одним из супругов общего имущества после расторжения брака. Если Вам нужна индивидуальная консультация с учетом всех нюансов Вашей ситуации, обращайтесь за консультацией.

Как и в предыдущей статье про продажу общего имущества супругов до расторжения брака есть несколько «умыслов», по которым супруг продает общее имущество. Я бы выделил «добрый умысел», «нейтральный умысел» и «злой умысел».

О «добром умысле» можно говорить тогда, когда супруги после расторжения брака продолжают фактически проживать одной семьей или один из супругов продает общее имущество с целью его раздела: имущество продается, а деньги делятся.

«Нейтральный умысел» присутствует, когда у супруга после расторжения брака возникла необходимость продажи имущества, приобретенного во время брака, и он не имеет цели причинить имущественный вред другому супругу.

О «злом» умысле идет речь тогда, когда один из супругов отчуждает (продает, дарит, меняет и т.д.) общее имущество с целью устранить другого супруга от раздела общего имущества после развода. Обычно это выглядит как дарение или продажа по заниженной цене.

Принципиальные подходы к регулированию вопроса отчуждения общего имущества супругов после расторжения брака

Первый подход: продажа общего имущества супругов после расторжения брака регулируется ст. 35 Семейного кодекса РФ

Данный подход основан на том, что к отношениям супругов после расторжения брака применяются нормы Семейного законодательства, в частности ст. 35 Семейного кодекса РФ.

Цитирую ст. 35 Семейного кодекса РФ в той части, в которой она нас интересует:

2. При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.
Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.
3. Для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.
Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Из нормы видно, что она предусматривает два правила:
(1) общее правило и
(2) специальное правило применительно к сделкам по распоряжению недвижимостью, сделкам, требующим нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке.
Общее правило о том, что согласие другого супруга предполагается, и сделка может быть оспорена только, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки согласуется с п. 3 ст. 253 Гражданского кодекса РФ. По сути они идентичны.

Специальное правило устанавливает льготу. Для оспаривания сделки достаточно доказать, что отсутствует нотариально удостоверенное согласие. В иске пишется просто: «тогда-то тогда-то совершена сделка, нотариальное удостоверенное согласие не давалось. Прошу признать сделку недействительной».

Второй подход: продажа общего имущества супругов после расторжения брака регулируется общими нормами Гражданского кодекса РФ, а не нормами Семейного кодекса РФ

Второй подход устанавливает, что к отношениям супругов после расторжения брака применяются общие нормы гражданского законодательства, в частности ч. 3 ст. 253 Гражданского кодекса РФ.

Процитирую эту норму:

Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Как видно, данная норма распространяется на все виды сделок, в том числе с недвижимым имуществом.

Оспорить такую сделку сложно, поскольку нужно убедить суд, что покупатель общего имущества супругов (или одаряемый) знал или должен был знать, что имущество является общим для супругов и знал или должен был знать, что другой бывший супруг не давал согласие на совершении сделки.

Проблематично!

Какой подход является правильным?

Согласно древнему выражению «право — это искусство добра и справедливости».

Применение первого или второго подхода зависит в первую очередь от того, чьи интересы должны защищаться в первую очередь: интересы сособственника бывшего супруга или интересы приобретателя имущества.

Сразу скажу, что «централизованно» вопрос о том, применять ли нормы Семейного кодекса или Гражданского кодекса РФ к ситуации продажи общего имущества после расторжения брака не решен.

Нет общеобязательного обзора судебной практики Верхового суда РФ или Постановления Пленума Верховного суда РФ, на которые можно было бы ссылаться.

Есть следующее:

Определение Верховного суда РФ от 14 января 2005 года дело N 12-В04-8

Удовлетворяя иск и признавая договор купли-продажи недвижимого имущества от 7 июня 2002 г. недействительным, суд руководствовался п. 3 ст. 35 СК РФ и мотивировал свое решение тем, что нотариально удостоверенное согласие С.О. на отчуждение С.В. торгового павильона, который является совместной собственностью супругов, не было получено, и что это обстоятельство само по себе является достаточным основанием для признания оспариваемой сделки недействительной.

Эти выводы основаны на неправильном толковании и применении норм материального права.

Нормы статьи 35 СК РФ распространяются на правоотношения, возникшие между супругами, и не регулируют отношения, возникшие между иными участниками гражданского оборота. К указанным правоотношениям должна применяться статья 253 ГК РФ, согласно пункту 3 которой каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Таким образом, при разрешении спора о признании недействительной сделки по распоряжению общим имуществом, совершенной одним из участников совместной собственности, по мотивам отсутствия у него необходимых полномочий либо согласия других участников, когда необходимость его получения предусмотрена законом (ст. 35 Семейного кодекса РФ), следует учитывать, что такая сделка является оспоримой, а не ничтожной. В соответствии с положениями п. 3 ст. 253 ГК РФ требование о признании ее недействительной может быть удовлетворено только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об указанных обстоятельствах.

Определение Верховного суда РФ от 16 апреля 2013 г. N 5-КГ13-13

В соответствии со статьей 2 Семейного кодекса Российской Федерации семейное законодательство устанавливает условия и порядок вступления в брак, прекращения брака и признания его недействительным, регулирует личные неимущественные и имущественные отношения между членами семьи: супругами, родителями и детьми (усыновителями и усыновленными), а в случаях и в пределах, предусмотренных семейным законодательством, между другими родственниками и иными лицами, а также определяет формы и порядок устройства в семью детей, оставшихся без попечения родителей.

Таким образом, предметом регулирования семейного законодательства являются, в частности, имущественные отношения между членами семьи — супругами, другими родственниками и иными лицами. Семейное законодательство не регулирует отношения, возникающие между участниками гражданского оборота, не относящимися к членам семьи.

Как установлено судом, брак между Галкиным А.В. и Галкиной Т.В. расторгнут 29 ноября 2008 г.

Оспариваемый договор купли-продажи спорной квартиры заключен 28 октября 2010 г., то есть тогда, когда Галкин А.В. и Галкина Т.В. перестали быть супругами, владение, пользование и распоряжение общим имуществом которых определялось положениями статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, и приобрели статус участников совместной собственности, регламентация которой осуществляется положениями Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом.

Распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом (пункт 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом (пункт 3 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, с точки зрения Верховного суда РФ, есть на что ссылаться. Но наличие вышеуказанных определений Верховного суда РФ еще не гарантирует, что при рассмотрении конкретного дела судья в одном из тысяч районных судов на территории России поддержит позицию Верховного суда РФ.

В одном из моих дел я, зная неоднозначность судебной практики, ссылался одновременно и на ст. 35 Семейного кодекса РФ и на ст. 253 Гражданского кодекса РФ.

И знаете, суд первой инстанции согласился с применением ст. 35 Семейного кодекса РФ. Свердловский областной суд согласился с судом первой инстанции.

Почему так произошло, мне не известно. По материалам дела было достаточно доказательств для применения п. 3 ст. 253 Гражданского кодекса РФ – после расторжения брака бывший муж подарил долю в праве собственности на жилой дом своей дочери. Естественно, согласие бывшей супруги не спрашивалось. Естественно, дочь не могла не знать, что доля приобретена в браке и об отсутствии согласия матери.

Возможно, так произошло потому, что ответчик и его представитель об этом даже не заикались. Хотя адвокат. Не верьте адвокатам, что они разбираются во всех вопросах.

В целом, на мой взгляд, Свердловский областной суда придерживается позиции, что применяется п. 3 ст. 253 Гражданского кодекса РФ.

Например, «Бюллетень судебной практики по гражданским делам Свердловского областного суда (третий квартал 2007 г.)»(утв. постановлением президиума Свердловского областного суда от 24.10.2007).

Определение
судебной коллегии по гражданским делам
Свердловского областного суда
от 02.08.2007, дело N 33-5518/2007

Суд не учел, что нормы ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации распространяются только на правоотношения, возникшие между супругами, и не регулируют отношения, возникшие между иными участниками гражданского оборота.

Удовлетворяя иск и признавая договор купли-продажи недвижимого имущества от 11.04.2006 недействительным, суд руководствовался п. 3 ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации и мотивировал свое решение тем, что нотариально удостоверенное согласие Н. на отчуждение П. нежилого здания, которое является совместной собственностью супругов, не было получено и что это обстоятельство само по себе является достаточным основанием для признания оспариваемой сделки недействительной.

Сделанные судом выводы основаны на неправильном толковании и применении норм материального права.

Нормы ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации распространяются на правоотношения, возникшие между супругами, и не регулируют отношения, возникшие между иными участниками гражданского оборота. К указанным правоотношениям должна применяться ст. 253 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно п. 3 которой каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Таким образом, при разрешении спора о признании недействительной сделки по распоряжению общим имуществом, совершенной одним из участников совместной собственности, по мотивам отсутствия у него необходимых полномочий либо согласия других участников, когда необходимость его получения предусмотрена законом (ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации), следует учитывать, что такая сделка является оспоримой, а не ничтожной. В соответствии с положениями п. 3 ст. 253 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о признании сделки недействительной может быть удовлетворено только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об указанных обстоятельствах.
Из материалов дела усматривается, что вопрос о добросовестности приобретения Д. спорного объекта недвижимости судом при рассмотрении настоящего дела не рассматривался, хотя данное обстоятельство является юридически значимым и без его выяснения решение законным быть признано не может. По утверждениям Д., он не знал о том, что приобретаемое имущество являлось совместной собственностью сторон; более того, из содержания оспариваемого договора следует, что согласие новой супруги продавца Т. на продажу здания получено.

Практику по другим регионам смотрите самостоятельно. В целом встречается и первый, и второй подход.

Я бы посоветовал при оценке шансов на оспаривание сделок ориентироваться на второй подход и собирать доказательства того, что приобретатель имущества знал или должен был знать об отсутствии супруга на отчуждение имущества.

Условия законности отчуждения (продажи, дарения) общего имущества супругов после расторжения брака

Условия законности отличаются в зависимости от того, какой подход применяется.

Если применять первый подход о распространении семейного законодательства на отношения после расторжения брака, то читайте статью «Отчуждение (продажа, дарение) общего имущества супругов после расторжения брака».

В ней вы прочитаете, что требуется обоюдное согласие супругов, а для отчуждения недвижимости, сделок требующих нотариального удостоверения или государственной регистрации согласие должно быть выражено в нотариальной форме.

Если применять второй подход о регулировании отношений, бывших супругов нормами гражданского законодательства, то сделка закона, если есть общее согласие, но согласие второго супруга не требуется подтверждать документально.

Выше указано, что нужно делать с теоретической точки зрения.

С практической точки зрения, если вы выходите на сделку с недвижимостью получайте нотариальное согласие бывшего супруга на отчуждение имущества приобретенного в период брака. Это позволить исключить любые риски, связанные с возможным оспариваем сделки.

Если это невозможно (может быть, действительно, продавец никогда не был женат или замужем), следует взять копию паспорта и проверить наличие отметки о браке, в договор включить условие о том, что продавец гарантирует, что имущество не находится в общей совместной собственности. Безусловно, перед приобретением следует объект осмотреть, может быть, даже переговорить с соседями и взять справку по форме № 40, запросить выписку из ЕГРП, изучить документы, на основании которых приобретен объект.

С практической точки зрения те, кто хотят продать имущество, приобретенное во время брака без согласия другого супруга делают это таким образом: «теряют» паспорт и получают новый, в котором не будет отметки о том, что человек состоял в браке.

Защита прав бывшего супруга при отчуждении общего имущества супругов после расторжения брака

Как и для ситуации отчуждения общего имущества в период брака существует 2 способа защиты прав супруга при отчуждении общего имущества другим супругом. Первый способ – это признание сделки недействительной и применение последствий недействительности сделки. Второй способ – учет стоимости имущества при разделе общего имущества супругов.

Признание сделки недействительной как способ защиты прав супруга при отчуждении общего имущества супругов после расторжения брака

В рамках вышеизложенных двух подходов нужно доказать следующее.

1. По общему правилу нужно доказать, что другая сторона по сделке знала или должна была знать от отсутствии согласия другого бывшего супруга на отчуждение имущества.

2. Для сделок с недвижимым имуществом, сделок, требующих государственной регистрации или нотариального удостоверения нужно доказать отсутствие согласия другого бывшего супруга на отчуждение имущества, которое выражено в нотариальной форме (первый подход), либо что другая сторона по сделке знала или должна была знать от отсутствии согласия другого бывшего супруга на отчуждение имущества (второй подход).

Как писал выше, проще ссылаться как на отсутствие нотариального согласия, так и на то, что другая сторона по сделке знала или должна была знать об отсутствии согласия другого бывшего супруга.

Учет стоимости имущества при разделе общего имущества супругов как способ защиты прав супруга при отчуждении общего имущества супругов после расторжения брака

Пунктом 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 N 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» предусмотрено следующее: учитывая, что в соответствии с п. 1 ст. 35 СК РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов должно осуществляться по их обоюдному согласию, в случае когда при рассмотрении требования о разделе совместной собственности супругов будет установлено, что один из них произвел отчуждение общего имущества или израсходовал его по своему усмотрению вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи, либо скрыл имущество, то при разделе учитывается это имущество или его стоимость.

Аналогично п. 1 ст. 253 Гражданского кодекса РФ предусматривает, что участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом, то при разделе учитывается это имущество или его стоимость.

При необходимости взыскиваются убытки, причиненные отчуждением общего имущества, если в принципе нечего делить после того, как один из супругов совершил отчуждение всего общего имущества.

Например, был один автомобиль и этот автомобиль был продан. Другой бывший супруг вправе взыскать с бывшего супруга половину рыночной стоимости автомобиля.

Итак, в этой статье были освящены общие вопросы, связанные с отчуждением (продажей, дарением и др.) общего имущества супругов после расторжения брака и названы способы защиты прав пострадавшего супруга. Для того чтобы узнать нюансы или получить информацию применительно к Вашей ситуации записывайтесь на консультацию. Небольшие вопросы можете задавать в форме комментариев к статье.

Комментарии:

Добавить комментарий

Войти с помощью: